Amik

Ее величество МУЗЫКА!

 Сказать, что КВН без музыки невозможен, особенно нынче - не более, чем озвучить тривиальный факт. Можно сказать еще, что КВН невозможен без музыки так же, как и без реприз, - но и это, пожалуй, не будет ни для кого откровением. Поэтому для начала поделимся не столь очевидным, но не менее удивительным наблюдением: музыка - это самая уникальная ипостась в КВНе, которая существует в нем в совершенно специфических видах и жанрах, не имеющих аналогов более нигде!
 Действительно, где еще вы видели шоу, построенное на полностью заимствованной музыке, но не являющееся пародией, или пародии, не претендующие на подражание голосу исполнителя? Кто еще пытался показать мини-спектакль, построенный на песне, изначально имеющей к его теме весьма отдаленное отношение? И, наконец, в каком еще жанре возможно столь утилитарное использование десятков совершенно разных музыкальных фрагментов, перемежаемых изощренными шумами, в единой, подчас, сложнейшей  партитуре, всего лишь для сопровождения весьма незамысловатого действия на сцене?
 Вывод, который следует из этого, прежде всего такой: музыке в КВНе можно научиться только... в КВНе. Ну, разумеется, при наличии изначального, причем достаточно приличного музыкального образования. Потому что сегодня, как никогда, актуален знаменитый тезис Юлия Гусмана, согласно которому, “если вас, видимо, по ошибке все-таки показывают по первому каналу телевидения между Рихтером и Пугачевой, то вы должны играть, во всяком случае, не хуже первого и петь не хуже второй...”
 Вероятно, с максимализмом Соломоныча можно спорить, - но факт остается фактом - в современном КВНе хорошее пение и достаточно профессиональное музыкальное сопровождение является абсолютно обязательным. Не случайно у хороших команд вокальные упражнения составляют столь же непременную часть репетиций, как и тренировочная разминка. А традиционный для игр еще начала 90-х рояль или небольшой инструментальный ансамбль через музыкальную рабочую станцию собственно 90-х, в ХХI веке навсегда заменили музыкальные студии и компьютеры.
 И все же, главные секреты музыкальности команды были открыты еще в “рояльные” времена. Самый большой из них оказался настолько тривиален, что просто большинству не мог придти в голову. “Пожилые” КВНщики, наверно, помнят, команду МХТИ именно потому, что в первом сезоне возрожденного КВНа она считалась самой музыкальной. Все считали, что в команде просто все хорошо поют. Но оказалось, что слух и голос есть только у пятерых, а остальные... просто синхронно открывают рот. То есть, не можешь петь - не пой! Зато, если у тебя есть голос, но ты не стоишь в линейке, - можно подпевать и от рояля. Это было уже изобретением знаменитой подпевки.
 Нынче подпевка стала почти обязательной. У команды “Махачкалинские бродяги” в их чемпионском сезоне в ней стояло больше народу, чем находилось на сцене. Тем более, что с некоторых пор музыкальные номера стали сопровождаться столь интенсивными танцами, что даже при наличии голоса петь при этом почти невозможно. Впрочем, каждую хорошую находку можно довести до некоторого маразма. Некоторые команды предпочитают выпускать на сольный музыкальный номер хорошего характерного актера, которого “озвучивает” солист из подпевки. Ничего хорошего в этом случае обычно не получается. Во-первых, потому что петь под фонограмму тоже надо уметь. А во-вторых, даже при идеальном совпадении артикуляции номер будет проигрывать в энергетике, которая у человека, поющего “в живую”, гораздо выше.
 По этой же причине  записанные заранее “плюсовые” фонограммы (то есть, включающие вокал) в КВНе абсолютно запрещены. (Есть, конечно, и вторая причина: КВН - это соревнование, в котором должен выигрывать самый умелый, а не богатый настолько, что смог оплатить запись хора Большого Театра.) Что же касается инструментальных фонограмм, то лучше всего записать их в память вашего синтезатора. Это позволит музыканту легче ориентироваться в происходящем и даже в случае отказа фонограммы уж что-нибудь подыграть. Но даже если вы собрали все на минидиске, вам нужно исхитриться посадить вашего звукорежиссера не в радиорубке, которая чаще всего располагается в самом конце зала, а за кулисами. Это правило уже не настолько очевидно, поэтому его стоит разъяснить подробнее.
 Дело в том, что когда вы запускаете фонограмму из радиорубки, неизбежно образуется пауза, которая ломает темпоритм действия на сцене. Если запись сделана на минидиске пауза будет, конечно, меньше, чем при работе с магнитофоном, - но она будет всегда! И причина здесь в том, что человек, включающий эту фонограмму (будь у него все хоть трижды отрепетировано), психологически воспринимает происходящее на сцене как зритель, то есть пассивно. А музыкант, стоящий на сцене, пусть и сбоку, чувствует себя участником действия, внутри него, - он чувствует и общий темпоритм выступления, и необходимую паузу на зрительскую реакцию. (Как мы уже сказали,  теоретически фонограмму можно запускать и с мини-диска, но - непременно со сцены. У фонограммы на мини-диске есть, впрочем, один существенный недостаток: ее невозможно изменить в “походных условиях”. А это, поверьте, бывает необходимо почти всегда!)
 Наконец, еще одна составляющая часть команды, имеющая непосредственное отношение к музыке - это подтанцовка. (Разумеется, это могут быть и не “узкие специалисты”, больше ничего не умеющие делать в КВНе, а просто расценивающие эту роль как одну из своих специализаций.) В том, что в КВНе становится все больше элементов “большого шоу” нет ни плохого - ни хорошего. Это - веяние времени, которое команды привносят в игру помимо чьего-то специального влияния. Привносят ради выигрыша - потому что зрителям это нравится. Привычка нынешней аудитории к высокоэнергетическому зрелищу приводит к тому, что сольный музыкальный номер на большой сцене просто, что называется, “не смотрится”. Да и не всякий исполнитель может в одиночку захватить две тысячи зрителей, сидящих, скажем, в Театре Российской Армии. Поэтому сольный номер почти всегда необходимо поддерживать подтанцовкой. (Конечно, не без исключений, вроде знаменитой пародии на Стинга команды НГУ в четвертьфинале 1997 г.) Подтанцовка, в общем-то, редко вредит и во вступительных, и в финальных песнях.
 Наверное, в первую очередь необходимо определиться и с музыкальным стилем. Стиль - понятие естественное для любого жанра, а для КВНа - абсолютно необходимое, поскольку является частью (а в какой-то степени - и аналогом!) имиджа команды. Об этом самом имидже мы будем говорить подробно в главе о приветствии. А пока заметим лишь, что музыкальный стиль, очевидно, является его существенной составляющей. Вряд ли возможно было бы себе представить новосибирских “Девушек из джаза” без джаза, команду ХАИ без рок-н-ролла, “Новых армян” без техно, а “Утомленных солнцем” - без “бритниспирсовой” музыки, подразумевающей мощные американские спортивные танцы. Можно, впрочем, вспомнить и более изощренный музыкальный стиль первой команды УПИ (Екатеринбург), очень точно попадающий в имидж “Уральских дворников” баянно-контрабасными аранжировками, или - команды БГУ 1993-94 гг., тоже напрямую связанный с составом их музыкантов: рояль и саксофон. Наконец, после довольно долгого перерыва в 2003 году “Незолотая молодежь” вытащила на сцену “живой” бенд, который не только бесспорно стал частью их имиджа, но и позволил делать совершенно специфические музыкальные номера вроде “совместного выступления Н.Кадышевой и “Red Hot Chily Peppers”.
 Начинающие команды довольно часто спрашивают: а почему нельзя выступать просто под рояль или под какую-нибудь “самограйку” (дешевенькие клавиши с автоматическим аккомпанементом)? Бог с вами! Конечно - можно! Только если ваш аккомпаниатор будет просто нищенски подыгрывать вам “в три аккорда”, вы просто проиграете при прочих равных условиях, потому что команда, равная вам по юмору, просто задавит зрителя мощностью и красотой звучания синтезатора. Другое дело, если вы посадите за рояль джазмена, который придаст аккомпанименту неповторимость. Тогда ваш, казалось бы, технический минус превратится в плюс - вы будете ни на кого не похожи. (Та же команда МХТИ запомнилась как раз тем, что, кроме привычного тогда рояля и гитар вытаскивала на сцену и скрипку, и трубу, и банджо, и даже тубу, не говоря уже о разных ударных, причем все это честно играло!) А вспомните музыкальный номер «Уездного города», в котором все фронтмены команды вдруг резко и вживую заиграли на музыкальных инструментах! Стас Ярушин прошел специальный курс игры на ударных инструментах. Но, конечно, начинать с этого сразу не стоит. К этому моменту зритель должен вас полюбить настолько, насколько потом простит любые музыкальные огрехи.
 
 Все это были, как вы понимаете, всего лишь, предварительные замечания, касаемые того, как нужно исполнять музыкальные номера в КВНе, а теперь попробуем разобраться, что же нужно исполнять. Причем, если претензии к качеству показа растут по мере повышения уровня игры команды, то, собственно, теория остается единой для всех.
 Легко заметить, что сегодня во время выступления большинства команд музыка звучит постоянно, за исключением чисто литературных и импровизационных конкурсов вроде разминки или капитанского (хотя и там время от времени кто-то что-то придумывает музыкальное). Но, это, конечно, не означает, что в КВНе отныне только поют. Просто кроме собственно музыкальных номеров существует музыкальное сопровождение текста или “фон”. Штука эта не менее (а для музыкантов даже более) сложная, чем инструментальная фонограмма песни. У признанных мастеров фона - первой из них была команда Харьковского авиационного института - партитура семиминутного приветствия насчитывает десятка полтора музыкальных фрагментов, не считая шумов и отбивок.
 Важность фона трудно переоценить. Его главная функция - это темповая и энергетическая поддержка сценического действия. Если хотите, именно постоянный музыкальный фон - это то, что превращает нынешний КВН в современное шоу. Вторая функция музыкального сопровождения - это “отбивки” шуток. Наконец, фон может содержать значимую музыкальную иллюстрацию текста, усиливая действие репризы, или даже составляя ее неотъемлемую часть.
 Прежде всего, необходимо выбрать для фона основу или стандартный лейтмотив. Для приветствия это должна быть легкая темповая мелодия вроде тех, что сопровождают погони в фильмах Л.Гайдая. Этот лейтмотив обычно не претендует на иллюстративность и звучит постоянно. Зритель к нему быстро привыкает и перестает замечать. Однако на подсознательном уровне он продолжает держать выступление в едином ритме. Мало того, если музыка остановится, зритель воспримет это как прием и особенно внимательно прислушается к выходу из какой-то репризы.
 Лейтмотивов может быть и несколько: например, кроме “стандартного” - “лирический” или отдельно лейтмотив какого-нибудь сквозного героя. Тогда, будучи единственный раз заданным, он каждый раз будет как бы настраивать зрителя на определенную волну, облегчая и дополняя восприятие действия. Самый простой, пожалуй, пример действия лейтмотива - “песенка капитанов”, совершенно однозначно обозначающая начало капитанского конкурса. И, разумеется, больше всего лейтмотивы могут помочь вам в домашнем задании, когда герой, скажем, говорит что-то одно, а музыка “подсказывает” нечто другое. (“Теория лейтмотивов” - вещь, казалось бы, очевидная, однако придумана она была всего лишь в конце XIX века небезызвестным композитором Р.Вагнером. Правда, старик с ее помощью писал оперы...)
 Еще одной функцией лейтмотивов является музыкальная иллюстрация. Понятно, что если звучит “Футбольный марш”, то речь пойдет о футболе, а марш из кинофильма “Цирк” однозначно представляет цирковую тему. Разумеется, музыка из соответствующего фильма или телевизионной передачи должна сопровождать соответствующий эпизод. В результате музыкальная характеристика может стать составляющей частью имиджа команды. Самые яркие примеры в этом отношении - музыка В.Дашкевича к телевизионному сериалу “Шерлок Холмс и Доктор Ватсон”, почти пятнадцать лет сопровождавшая появление на сцене команды “Одесских джентльменов”, или марш А.Петрова из кф “О бедном гусаре замолвите слово”, почти неизменно означавший выход “Эскадрона гусар”.
 Но вернемся к стандартному фону. Мы уже отметили, что его остановка уже может служить отбивкой, хотя в классическом понимании эта самая отбивка должна прозвучать уже после шутки на предполагаемых аплодисментах. Отбивка является и сигналом актеров, не позволяя им “срезать” зрительскую реакцию продолжением текста. Этот прием настолько естественен, что существовал в КВНе испокон веку. В “рояльные времена” это был классический и неоднократно спародированный после самими КВНщиками “тыг-дым”. Ну, а современные синтезаторы предоставляют для этой цели достаточное количество разнообразных шумов.
 Наконец, музыка и шумы могут быть неотъемлемой составной частью конкретных шуток.
 - Маэстро, дробь!
(Выстрелы. Актер уворачивается от пуль)
 - Да не эту!
   (ХАИ)

 Хотя, конечно, полностью музыка и шутка сливаются в КВНе в музыкальных номерах, о которых теперь и пойдет речь.

 Музыкальные номера в КВНе делятся естественным образом на две большие группы: вступительные и заключительные песни различных конкурсов и самостоятельные музыкальные номера, которые могут, как включаться в приветствие или домашнее задание, так и составлять основу музыкального конкурса. Впрочем, обе группы имеют массу разновидностей и особенностей, о которых придется поговорить отдельно. А пока начнем, что называется, с общих установок.
 Прежде всего, песня в КВНе должна быть смешной. И не считайте, что авторы сошли с ума, решив поделиться как большим откровением, чем-то само собой разумеющимся. Опыт показывает, что это далеко не так. Большинство начинающих команд считает, что наличие в текстах их песен рифм и смысла, соответствующего заданной теме, уже является большим достижением. В лучшем случае для песни находится смешная манера исполнения, или смешной образ певца, или, наконец, одна единственная шутка, к которой вся песня мучительно долго ковыляет. Но в том-то и дело, что песня в КВНе должна быть смешной вся - от начала до конца, и подход к ее написанию должен быть такой же, как и к любому КВНовскому тексту - от репризы к репризе, которые должны скрываться в каждых двух или, максимум, четырех строчках. И здесь не спасет никакой смешной образ, потому что любой образ в КВНе срабатывает один раз при появлении героя, и может считаться только за одну шутку, которая единожды вызовет смех в зале. А дальше все равно нужен текст, текст, текст!
 Приведем единственный пример. Тем более, что эта песня стала гимном сочинских Фестивалей, с которых начинается путь в “большой КВН” для каждой молодой команды:

Что такое Сочи? - это город,
Названный красивым словом “Сочи”;
Что такое пальмы? - Это те же помидоры,
Только разветвившиеся очень...

Что такое море? - Это чайки.
Что такое чайка? - Это птица:
В общем, КВН сюда приехал не случайно,
Мы сумели в этом убедиться!

Сочи, лето, черт с ним, - зима!
Сочи - это все без ума!
Без ума от черных ночей!
Сочи - это “ваще”!
(Санкт-Петербург, 1992)

 Песни в КВНе пишутся, как известно, на заимствованную музыку. И это не от бедности композиторскими дарованиями. Просто создание нового текста общеизвестной песни открывает массу уникальных возможностей. Ведь любой шлягер уже связан для зрителя с определенными ощущениями и ассоциациями. Поэтому новый текст изначально несет в себе пародийное начало по отношению к оригиналу (даже если содержание переделки вполне серьезное). Кроме того, изменен может быть и ритм, темп, стиль аккомпанемента, манера исполнения. Но для того, чтобы всеми этими возможностями можно было в полной мере воспользоваться, песня, выбранная вами для программы должна отвечать одному абсолютному условию: она должна быть шлягером - последним навязшим на ушах хитом, либо «бессмертной мелодией» - но ее должно знать абсолютное большинство аудитории, перед которой вы выступаете. Чувствуете аналогию с актуальностью шутки?!
 В знакомой песне зритель, как правило, знает не только мелодию, но и слова - как правило, первые строчки первого куплета и припева. Поэтому лучше всего, чтобы первые строчки того и другого имели смысловые параллели с оригиналом или были ему созвучны (мы теперь с вами можем сказать и “эвфоничны”, елки-палки!):
 “С Колем, Колем Колем”   вместо “Полем-полем” (Донецк, 1990)
 “Оле, русское Оле”  вместо “Поле, русское поле” (Днепропетровск, 1993)
 “Ой, крапива-либидо” вместо “Ой, крапива - лебеда” (“Новые армяне”, 1996)
 Примечания: имеется в виду канцлер ФРГ, которым в то время был Г.Коль. "Оле"(иврит) - репатрианты

Чаще всего именно ассоциация-перевертыш с первой строчкой оригинала и порождает идею переделки песни. И если уж вы так аккуратно отнеслись к первой строчке, то потрудитесь и далее соблюдать размер и структуру строфы. И уж совсем не дело - искажать мелодию! Дело в том, что зритель, воспринимая текст, начинает думать - это вы от неграмотности или все-таки что-то этим хотели сказать? Так что, если ничего специально сказать не хочется - не говорите. Единственное исключение - повтор последних строк в конце номера, чтобы поставить точку пожирней. Да и то - прикиньте, может быть, это время лучше оставить для лишней шутки. Другое дело: переблокировка песни в целях экономии времени: это - пожалуйста, но внутри фрагментов оригинал должен быть оригиналом.
 Еще одно другое дело - темп! Подходящий темп вообще является одним из важных условий выбора песни. Для приветствия (причем для любого номера - и для начального, и для финального, и для вставного) он, как правило, должен быть “заводной”, что называется “под аплодисменты”. Вообще, достаточно быстрый темп в КВНе необходим почти всегда. Исключение может составлять финальная песня домашнего задания, которая традиционно претендует на некое философское обобщение. Но и в этом случае она должна “развертываться и раскручиваться”. Причина такого предпочтения проста - в большинстве КВНовских жанров-конкурсов нет драматургического развития в театральном понимании этого слова, поэтому темпоритм сценического действия необходимо все время искусственно подстегивать. Именно с этой точки зрения небольшой темповой музыкальный номер, “подстегивающий” приветствие, в пятиминутном конкурсе становится уже очень полезным, а в семиминутном - необходимым.
 Кстати, если вам с точки зрения подходящего оригинального текста необходимо переделать медленную песню - ускорьте темп хоть в два раза. И не надо думать, что вы обидите этим автора. Автор вообще, скорее всего, будет вам благодарен, если услышит свою песню в КВНе, потому что он, в свою очередь, знает, что КВНщики берут только шлягеры. И, в конце концов, почему вы не думаете, что он обидится, когда его песня о любви превращается в песню о футболе и наоборот? Если же говорить серьезно о допустимом подъеме темпа, то тут действует проверенное временем правило: поднимайте темп песни до тех пор, пока вам станет трудно петь. Потом делаете «минус пять единиц» и получаете отличный КВНовский темп!

 Одна из разновидностей музыкального номера - танец.
 Иногда танец может составлять практически неотъемлемую часть музыкального номера, как в пародии “Эскадрона гусар” на песню “Танго втроем”, которая называлась “В танке втроем”, и танец эту сюжетную коллизию художественно отражал (“Кубок Москвы”, 1997). Наконец, он может быть просто очень смешным сам по себе, хотя и является, по сути, подтанцовкой к сольной песне, как в пародии на Анжелику Варум, сделанную ХАИ в сезоне 1995 года. Тогда будущий редактор Первой Лиги Аркадий Дяченко убил всех своей сольной хореографией и теперь непонятно: то ли народ слушал песню, то ли смотрел танец?
Исключение составляет танец-реприза, как, например “Ленинский балет” команды МАГМА в полуфинале 1994 года, или даже танец-номер, как разнообразные “балеты” уже 2000-ых годов - сочинский “новогодний”, криворожский “КВНовский” или саранские “17 мгновений весны” (в Премьер-Лиге). Правда, за рамки балетного “перевертыша” удалось выйти немногим. Первым, пожалуй, - сборной Санкт-Петербурга на Музыкальном Фестивале 2000 года, когда был показан потрясающий “танец с бутылкой”. Ну и, конечно, особое место в этом отношении занимает, тюменская команда ТГНГУ, которая просто-таки “нашла себя” в блестящих и по-настоящему репризных танцевальных номерах. Но это, похоже, - явление редкое и вряд ли легко тиражируемое.
 Чаще всего, повторяем, танец - это даже не иллюстрация, а органичное дополнение к номеру. Прошли те времена, когда “Одесские джентльмены” могли вальяжно расхаживать по сцене, вызывая восторг зрительного зала. Сегодня бы аудитория заскучала на втором такте. Поэтому танец, сопровождающий музыкальный номер и исполняемый и линейкой, и подтанцовкой, также необходим, как и достаточно быстрый темп песни. И он, должен быть:
 - энергичным, потому что иначе не будет выполнять своей главной функции дополнительной “заводки” зала;
 - стильным, потому что является частью музыкального номера, который, как мы уже говорили, непременно должен подразумевать определенный и близкий вам по духу стиль;
 - образным, потому что даже “дополнение к номеру” как минимум должно быть органичным, а если вам удастся придумать какие-то элементы, иллюстрирующие текст, - честь вам и хвала, и, наконец
 - изобретательным, потому что зрителю должно быть интересно смотреть этот танец, даже если он в порыве любви к вам не очень вслушивается в текст.

А теперь о чистом воплощении понятия «Музыкальный номер».
 Вступительные и финальные песни, “заставки” к полуимпровизационным конкурсам и, наконец, собственно, самостоятельные музыкальные номера имеют в разных конкурсах совершенно различные рамки. А поскольку КВН основан на драматургическом и постановочном примитиве, то рамки эти - довольно жесткие. Поэтому просто так перенести музыкальный номер из одного конкурса в другой или даже переставить его на другое место в одном и том же конкурсе удается далеко не всегда. Как правило, это требует его переделки. Хотя чаще - сперва рождается номер, а потом уже, исходя из его кондиций, определяется для него оптимальное место в игре. Попробуем рассмотреть каждый из этих музыкальных мини-жанров в отдельности.

Вступительная песня.
 И опять же, сразу определимся - где: в приветствии, домашнем задании или другом конкурсе?
 Начнем с приветствия, поскольку в этом конкурсе вступительная песня чаще всего обязательна и играет, пожалуй, наиболее важную роль. Дело в том, что традиционный выход с песней в приветствии играет роль драматургической завязки действия. И потому теоретически этот выход должен заявлять для зрителя все необходимое для дальнейшего восприятия программы: настроение, имидж команды, музыкальный стиль и, наконец, ввод в игровую ситуацию.
 Ну, с настроением - вроде, понятно: это первый выход команды в игре, и в первую очередь его надо потратить на то, чтобы заставить зрителя себя полюбить. А любит зритель в КВНе только того, кто его удивляет. Поэтому выход должен быть оригинальным. Причем достигается эта самая оригинальность не в последнюю очередь за счет выбора музыки, которая должна быть, что называется, “с вывертом”. Вот почему всякая необычная песенка вроде “Хары-мамбару” немедленно подвергается тиражированию во вступительном номере приветствия. Впрочем, не следует забывать, что уже знакомая вам публика (точнее, публика, которой уже знакомы вы) будет ждать от вас сразу же и повторной заявки вашего оригинального музыкального стиля. Отходить от этого правила, конечно, можно и даже нужно, но, во-первых, не сразу, а во-вторых - сознавая, что, почувствовав что-то новое в вашем выходе, зритель и дальше будет ждать нетривиальных решений, и если вы ему их не предложите, он будет разочарован.
 Наконец, интерес аудитории можно завоевать и ошеломлением. Это уже типичный прием американского мюзикла, суть которого заключается в том, что на зрителя со сцены валится такое количество информации, которое он просто не в состоянии воспринять! Здесь вам пригодится и мощная многоголосная подпевка, и массовая подтанцовка, и интересные костюмы. И мелодия для такого номера должна, безусловно, выбираться не просто темповая, но еще и внутренне напряженная.
 Пожалуй, одним из первых таких “сверхэнергичных” выходов была вступительная песня команды Тбилиси на сочинском Фестивале 1994 года. Действительно ошеломляющей была первая (как, впрочем, и последняя) хореографическая композиция полуфинального приветствия 1995 года у Питерской команды. Ну а постоянно использовать этот прием стали “Махачкалинские бродяги”, достигнув наивысших точек на полуфинале 1996 года, в точности “срисовав” клип М.Джексона “Bad” и на следующий год в Летнем Кубке, показав на сцене проход десятков (!) различных костюмированных героев.
 После Махачкалы “энергетический удар” в начале приветствия стал уже вполне обычным явлением. Его постоянно использовали и “Утомленные солнцем”, и “Уездный город”, и РУДН, и многие другие команды. В этом смысле, продолжая играть свою естественную энергетическую роль, подобное начало все меньше удивляет, проигрывая, в конечном счете, скромным по энергетике, но безумно оригинальным выходным номерам сборной Пятигорска. Однако, главный секрет успеха пятигорцев как раз в том, что при необыкновенном своеобразии сценического языка, по жанровому ощущению они являются чуть ли не самой классической командой 2000-х годов!
 С другой стороны, и просто удивлять по-прежнему можно! Другое дело, что для этого нужны все более изощренная фантазия и техника исполнения. Скажем, как в “Матрице”, с которой “Четыре татарина” начали свое победное выступление на Музыкальном Фестивале 2003 года. Песни там, кстати говоря, никакой не было. И особенно смешно не было тоже. Но - дух захватывало! И не будем забывать, что все это великолепие, в конечном счете, служило необыкновенно точной и элегантной заявкой имиджа команды. А смешного вполне хватило во всем остальном выступлении. Нечто подобное сотворила в первой игре сезона КВН-2006 команда «Максимум», выйдя на сцену под «Дневной дозор», как в музыкальном, так и в визуальном смысле.
 В конце концов, выход без музыки может просто провалить первые несколько реприз, поскольку аудитория не успевает настроиться на их восприятие.
Найти абсолютно адекватный вариант “удивления в рамках” удается найти очень немногим и не всегда. И тогда приходится чем-то жертвовать: оригинальностью ради общей композиции или - наоборот.
Скажем, отступление от приведенных правил, которое может принести относительный успех, это изменение темпа. Например, намеренно замедленный выход НГУ “Сижу - курю” в четвертьфинале 1997 года. Но, во-первых, не будем забывать, что этот номер сопровождался совершенно феноменальным “танцем в креслах”. А во-вторых, начало текстовой линейки все равно оказалось несколько “просажено”. И заранее идти на это может позволить себе только опытная команда. Впрочем, опытная команда может себе позволить выйти и со смешным танцем без текста, как это делали “Уральские дворники”. Только не будем забывать, что этот прием они использовали в 1989 году (в 1993 -ем  в “Дрим Тиме” они уже на это не решались), и в то время команда уже имела огромный запас зрительской любви. В такой же игровой ситуации выходили с сюжетным танцем “Шокирующая Азия” и “Новые армяне” во второй(!) игре своего второго(!) сезона.
 Может показаться исключением из этих правил и классический пролог “Одесских джентльменов” с первоначальным степенным выходом одного или двух человек, которые вводят зрителя в будущую игровую ситуацию. Но это - именно пролог, за которым у тех же “джентльменов” 90-х следовал уже не выход команды “под Дашкевича”, а вполне каноническая вступительная песня.
 (Текстовой пролог или хотя бы “голос за кадром” до начала музыкального выхода в начале 2000-х стал чуть ли не общепринятым. Как редакторы телепередачи можем легко проиллюстрировать его необходимость: примерно в 50% случаев из эфира все это вырезается практически без ущерба для конкурса в целом.)
 Если ваша начальная песня несет в себе информацию о вводе в ситуацию, помните: ввод в эту самую ситуацию для зрителя произойдет частично. Вы должны совершенно отчетливо осознавать, что воспринята она, скорее всего, не будет, и в первых же фразах линейки ее необходимо продублировать. Объясняется этот феномен вполне естественно: вы же сами нагрузили в этом номере зрителя выше крыши - и музыкой самой по себе, да еще темповой, и танцем, - и, потом, какое-то время ему необходимо для того, чтобы разглядеть ваши костюмы и привыкнуть к вашим физиономиям. Кроме того, ваши болельщики наверняка в этот момент будут аплодировать и орать на весь зал.
 Только не думайте, что при этом песня не должна быть смешной! Должна! Потому что КВНовский зритель бессознательно настроен изначально на восприятие шутки. Он ее обязательно уловит, - пусть и бессознательно, - и ваша первая сказанная в приветствии реприза, будет восприниматься уже не как первая. А насколько это важно, мы с вами еще узнаем.
 Все законы, действующшие на вступительную песню приветствия распространяются и на вступительную песню к домашнему заданию вплоть до того, что ее может и не быть.
 «Заставочный» характер носят и небольшие песенки, с которых команды часто норовят начать полуимпровизационные конкурсы (литературные, выездные и т.д.) Если финальная музыкальная заставка в таком конкурсе еще имеет какое-то право на существование, - хотя бы для создания некоего ощущения точки, - то в начале она, как правило, выглядит совсем уже искусственно. Единственным оправданием может быть тот факт, что песня - дико смешна! Правда, мы такого факта что-то не припомним. Так что если вам страшно выйти на сцену под звук собственных шагов, попросите музыканта наиграть легкий фончик. И - не усугубляйтесь!

Вставной номер.
Этакая изящная “вставочка” или “мулечка”, которая является почти исключительно прерогативой приветствия, хотя может всплыть и в других конкурсов. Возникла она не столько из-за того, что в этом конкурсе наиболее органично можно воплотить подобные идеи, сколько потому что приветствие по своей внутренней структуре остро нуждается во вставных музыкальных номерах. Линейка не может держаться на тексте больше 3-4 минут. Потом - темп неизбежно начинает падать, а зрительское внимание - ослабевать. Вставной музыкальный номер и существует для того, чтобы в определенный момент сломать равномерное “тиканье” реприз и подстегнуть темп.
Эта самая “музыкальная мулечка” совсем не обязательно даже должна представлять из себя песенку. И это действительно так! “Уральские дворники” (УПИ), а затем и “Дрим Тим” чаще всего использовали для темпового подзавода в приветствии просто музыкальную сбивку, во время которой линейка делала несколько танцевальных шагов и возвращалась на место. Но это - исключение, оправданное к тому же тем, что у этих команд никогда не было проблем с блестящими текстовыми репризами (это их авторская группа организовала потом знаменитую газету “Красная бурда”), а короткие музыкальные номера шли туго. Понятно, что они просто не хотели тратить на это сценическое время, хотя с законами композиции приветствия все равно вынуждены были считаться!
Но в подавляющем большинстве случаев вставной музыкальный номер - это короткая песня, причем чаще всего куплет из песни, и если уж быть совсем точным, - это куплет-реприза. Это может быть куплет, исполняемый всей линейкой, как в случае с той же “Ой, крапива-либидо!” у “Новых армян” (1996), а может быть и выходной номер солиста, что часто использовал, скажем “Транзит”:
КИРКОРОВ: Ты, ты, ты,
Ты, ты, ты,
Ты, ты, ты,
Тыры-ды-ты!
 Впрочем, в том же самом первом приветствии “Транзита” 1997 года можно найти и все остальные схемы вставного музыкального номера. Ведь легко предположить, что музыкальной может быть не вся реприза, а только ее часть, и, скорее всего, - отбивка:
 - А у нас у соседа сын родился: сам черненький, глаза голубенькие, волосы курчавенькие, - что это?
 (поют) - Это - коммунальная, коммунальная квартира!
     Это - коммунальная, коммунальная страна!
 Однако существует и обратный вариант, когда музыкальной становится только первая часть репризы:
 Выбегает человек в украинском костюме и под гопак начинает очень быстро есть с подноса сало, лук и хлеб. Когда музыка заканчивается, звучит текст:
 - Вы посмотрели украинский вариант фильма “Основной инстинкт”.

Что касается текста (в любом варианте вставного музыкального номера), то он подчиняется всем уже известным нам законам репризы.
Очевидно, что и вставная песенка подчиняется тем же законам, что и всякий музыкальный номер, и требует соответствующего сценического оформления. Другое дело, что оно не должно мешать восприятию главного - шутки. Так что здесь придется положиться на свою интуицию: если вы уверены, что шутка смешна сама по себе, украшение должно быть минимальным, если же нет - попытайтесь “накрутить” что-нибудь дополнительно смешное.
Хорошим примером сценически “докрученного” вставного музыкального номера может служить песенка ХАИ (1995) “Ой, да не Шварценеггер, не Шварценеггер” (на мелодию, понятное дело, “Ой, да не вечер”). Когда стало понятно, что текст почему-то далеко не так смешон, как хотелось бы, был придуман танец, в продолжение которого актеры доставали из разных щелей своего костюма все возраставшее количество разноцветных платочков. Номер был спасен: ход с платочками оказался настолько смешным, что прекрасно оттенил отсутствие “болтовых” реприз.
Другое дело, что смешное сценическое украшение удается придумать далеко не всем и не всегда. Так что если музыкальная шутка не удалась на уровне текста, лучше всего отбросить ее и попробовать написать новую.

Финальная песня.
Прежде всего, следует осознать принципиальные сходства и различия финальных песен приветствия, музыкального конкурса и домашнего задания. И в том, и в другом, и в третьем случае воспринимаются они в значительной степени как отдельный номер, поэтому теоретически могут не иметь прямой сюжетной связи с предыдущим действием. Но глобальное различие заключается как раз в этом самом действии, которое характерно для приветствия и домашнего задания.
Если приветствие с точки зрения драматургии - насквозь схематизировано, то и финальная песня не может в прямом смысле слова являться его апофеозом. Она просто стоит на том месте, где он, вроде бы, должен быть и соответственно воспринимается зрителем. Причем восприятие это основано почти всегда на возвращении от некоей условной ситуации, которую моделировала команда, к реальному командному образу команды.
Условно говоря, если команда Усть-Нелегального техникума бухгалтерского учета во вступительной песне приветствия выходит “пожарной командой, готовой спасти любой объект, сгорающий в тяжелой экономической ситуации”, то в финальной песне - они уже никакие не пожарные, а просто веселые ребята из поселка городского типа Усть-Нелегальный. Вот почему на гала-концертах сочинских Фестивалей содержание 90% финальных песен (особенно у новичков) сводится к тому, как мы любим Фестиваль, Маслякова и КВН. Вообще говоря, страшного в этом ничего нет, за исключением того, что финальная песня приветствия, как и все в КВНе, должно удивлять, а удивить в рамках этой тематики, согласитесь, становится все сложнее. (Первые издания этой книжки возымели действие, и петь о Фестивале, Маслякове и КВНе в финальных песнях стало считаться «наступлением на грабли». И тогда запели вообще непонятно о чем. Поэтому читайте, пожалуйста, повнимательнее следующий абзац!)
Лучше всего попытаться выделить в реальном образе своей команды некую достаточно узкую тему и попытаться обыграть именно ее. Классической темой для команды, впервые куда-то приехавшей, может стать география. Примером тому уже процитированный нами “Гимн Сочи”. Прекрасной песней о Москве заканчивали свое первое приветствие в МДМ “Новые армяне”. И уж совсем грех было не воспользоваться географической темой Сборной СНГ в своем первом турне в Израиль:
У вас сейчас в разгаре лето,
А у нас - опять зима;
У вас бананы и конфеты,
А у нас - опять зима;
У вас опять цветут гранаты,
А у нас - конец зимы, -
Вот такие мы ребята!
- Вот такие девки мы!
Но география рано или поздно тоже превращается в стандарт (особенно на сочинских Фестивалях). Поэтому самым изящным построением финальной песни приветствия, видимо, следует считать игровой ход, начинающийся с финальной фразы и развивающийся уже в песне до уровня реального образа команды. Пожалуй, один из ярких примеров такой схемы продемонстрировала команда ХАИ на сочинском Фестивале 1995 года:
- Но главное - оставаться романтиком! Не сойти нам с этого места!
(Начинает звучать музыка, актеры пытаются танцевать рок-н-ролл, но “прилипают” к полу.)
Любите девушки простых сантехников
Отважных дворников и маляров!..
Перед вторым куплетом они, разумеется, “отрываются и взлетают”, и вот теперь уже можно было действительно переходить к некоему подобию “романтического апофеоза”, если бы еще более удачным решением не оказалась пародия на этот самый “апофеоз” в виде натурального куплета из песни “Ромашки спрятались”.
В 2000-х большими специалистами в финальных “номерах” определенно стали криворожане. Большинство их финальных песен (не только в ДЗ, но и в приветствии!) - это мини-спектакли, в которых музыка прерывается текстовыми вставками или сопровождается оригинальным видеорядом (например “детскими рисунками”). Главная проблема такого финала - достаточно громоздкий формат, который с большим трудом вписывается в крохотные хронометражи приветствий начала сезона.
В последние же годы наметилась тенденция финальную песню приветсвия свести к уровню музыкальной точки. Иногда даже без слов. Что ж, тоже вариант!

Финальная песня ДЗ вообще стоит особняком во всем КВНовском творчестве. Это, по сути, единственное место, где позволено не только смеяться, но и слегка взгрустнуть, не только дурачиться, но и сказать нечто серьезное вполне серьезными словами.
Надо сказать, что КВНщики, как и все комедианты, больше всего на свете мечтают сыграть трагедию или хотя бы просто вышибить у зрителя слезу. Поэтому финальные песни ДЗ они пишут со смаком и исполняют с удовольствием. Жаль только, что и здесь их подстерегают коварные ухабы и рытвины законов жанра.
Дело в том, что, в отличие от приветствия, домашнее задание - жанр вполне театральный, не смотря на свои миниатюрные размеры. И поэтому, опять же, в отличие от приветствия, в котором есть “фальшзавязка”, “фальшразвитие” и “фальшапофеоз”, в ДЗ - это все понятия вполне естественные и реальные. А потому финальная песня ДЗ должна быть привязана к сюжету и логично вытекать из него.
Финальная песня ДЗ в современном КВНе почти всегда завершает выступление команды в игре, что позволяет ей претендовать на высказывание некоего кредо команды. Но этот факт как раз не сильно осложняет задачу ее создания. В максимально условном КВНовском театре оболочка играемых образов даже в ДЗ настолько прозрачна и откровенна, что “возвращение актеров в себя” воспринимается зрителем совершенно естественно. Мы как раз намерены предостеречь вас от совершенно другого!
То, что зритель, предварительно хорошо посмеявшись, особенно обостренно воспринимает даже намек на трагическую, в общем-то, подоплеку происходящего, открыто, разумеется, не в КВНе. Уморительно смешные комедии Эдуардо де Филиппо неизменно заканчиваются трагической развязкой. Театр абсурда вообще целиком построен на этом приеме. Не будем уже говорить о Чехове. Хотя - нет, будем говорить даже о Чехове, но - с одной единственной целью - чтобы напомнить, что подавляющее большинство из вас - не Чехов, не Ионеску и даже не Эдуардо де Филиппо. И если даже после вполне обычного (и приличного!) выступления, основанного на вполне обычных шутках, ни на что особенно не претендующих (и не надо!), вы попытаетесь подняться до великих философских обобщений, никакого катарсиса не получится! Получится просто неловкость от ощущения, что мальчики взялись за что-то не свое. Поэтому первое и главное правило при написании финальной песни ДЗ - не зарываться!
Но как же, спросите вы, тогда вполне дозволенная философия и серьезность? Нет - все можно! Но только очень, очень осторожно. Кроме того, и для этого случая можно порекомендовать несколько вполне конкретных правил.
Во-первых, выберите красивую и не очень темповую мелодию, в которой, тем не менее, чувствуется жесткий ритм. Вторым необходимым качеством этой мелодии должно быть внутреннее развитие, то есть мелодия должна как бы “раскручиваться” за счет возрастания темпа, мощности аккомпанимента, модуляций.
Во-вторых, постарайтесь трезво оценить масштабность проблем, которые вы поднимаете в своем домашнем задании. То, что вы обшучиваете президента страны, еще не означает, что вы поднялись до его уровня и готовы решать мировые проблемы. (Постарайтесь не оказаться в незавидной роли Моськи, лающей на слона!) Тем более не стоит в финальной песне бороться за мир во всем мире, если вы посвятили свою пьесу проблеме яйценоскости кур на родной птицефабрике. Выдумывайте только от себя: говорите только о том, что хорошо знаете и пойте только о том, что действительно чувствуете. Вас поймут!
В-третьих, если вы хотите петь о серьезных вещах, то вам придется написать хорошие стихи, - не просто правильно срифмованные и аккуратные с точки зрения языка, но хорошие с точки зрения именно образно-поэтической. В репризном куплете вам еще может проститься некоторая “поэтическая корявость”, в тексте, претендующем на философию - никогда!
И, наконец, главный секрет финальной песни ДЗ - это ирония. Оставайтесь до конца ироничными, и это позволит вам не впасть в “философский маразм”. Идея эта почти очевидная, а потому лучше ее просто проиллюстрировать.
За прошедшие годы с подмостков МДМ прозвучало немало прекрасных финальных песен - они были у Одессы и Днепропетровска, у Луганска, Харькова и Махачкалы, у “Эскадрона гусар” и “Транзита”, у “Уездного города” и сборной Санкт-Петербурга, наконец, - у сборных ХХ и ХХI века. Но мы ограничимся, пожалуй, единственным примером - песней команды НГУ, которой в этом отношении, на наш взгляд, принадлежит приоритет.
А этой знаменитой песней, написанной на знаменитую мелодию группы АББА “Happy New Year” заканчивалось чемпионское выступление новосибирцев в декабре 1991 года, которое, напомним, состоялось через пять дней после распада СССР.
В соревнованьи политическим систем
Наш Союз нагишом
Первым к финишу пришел.
Победил, как всегда,
Безо всякого труда, -
Улыбнись до ушей
И завязочки пришей!
Наш паровоз снова летит,
Жалко, что кончились пути,
И впереди нам не видать знамен и лозунгов привычных.
Остановись и оглянись,
И удивленно улыбнись:
Нас счастье ждет не за бугром и не в посылках заграничных.
Нам кредит выделяет буржуазный капитал,
Значит все ж не финал, значит, год не зря пропал.
Встанет солнце над миром, удивится и зайдет,
А народ не поймет, скажет: “Здрасьте, Новый год!”
Сколько вождей, сколько идей,
Нам не помогут Чип и Дейл,
И даже Рыбка Золотая не исполнит всех желаний.
Что же тогда вам пожелать?
Нам остается лишь сказать:
Пусть поскорей
Год обезьяны сделает из нас людей!
 
Музыкальный эпизод.
Под этим термином подразумевается нечто совершенно самостоятельное и самоценное. Это, если хотите, отдельный вполне законченный номер или даже отдельный мини-спектакль. Музыкальный эпизод крайне редко может находиться в приветствии, поскольку напрочь ломает его строгую композицию, - ему место в домашнем задании и, разумеется, в музыкальном конкурсе.
Не смотря на, казалось бы, бесконечное разнообразие возможностей, музыкальные эпизоды (или - “номера”, как их чаще всего называют КВНщики), имеют довольно ограниченное количество простых схем - как сценарных, так и постановочных. Начнем с последних, поскольку у каждого из вас они, что называется, на глазу.

Хор с солистами - это, пожалуй, самая древняя из ныне встречающихся постановочных схем, которая пришла еще из КВНа 60-х. В 90-х эта форма встречалась лишь у команд, исповедующих “старый одесский стиль” (сборные США, Германии), в то время как сами “Одесские джентльмены” от нее давно уже отказались. Но новое почти всегда оказывается хорошо забытым старым. Так что, вполне возможно, что скоро “хор с солистами” вновь займет заметное место в музыкальных конкурсах. Тем более, что у этой схемы есть вполне очевидные достоинства. Она - крайне проста и предельно условна, и при наличии хорошего текста позволяет сосредоточить на нем зрительское внимание. С другой стороны, эта простота и заставила команды искать новые формы, поскольку хор на сцене очень статичен. Вот почему в первом же музыкальном конкурсе нового КВНа в 1987 году команды МХТИ и УПИ растащили хор в поющую линейку. А уже в следующем сезоне эта линейка постепенно стала облачаться в костюмы. Классическим образцом этой схемы можно считать музыкальный конкурс ОГУ в полуфинале 1989 года, когда исполнители были одеты в костюмы героев “Рабыни Изауры” (популярнейшего в то время бразильского телесериала), но в продолжение всего конкурса оставались на сцене статичными.
Однако уже в финале сезона 1988 года в последней песне ДЗ “Хозрасчет”, которая была превращена в самостоятельный музыкальный номер, Днепропетровск сделал в этой схеме маленькое открытие: каждый исполнитель в линейке превратился в конкретного героя, а драматургическое развитие эпизода подкреплялось постепенным выходом героев на сцену от куплета к куплету. Эту свою классическую схему теперь уже Театр КВН ДГУ, так или иначе, эксплуатирует до сих пор. (Хотя, - понятно, - что схема обретала в каждом номере свой особенный вариант: в “Эмманюэли”(1993) почти все герои находятся на сцене с самого начала и лишь по очереди присоединяются к действию; в “Сходке”(1997) - действующие лица постепенно “просыпаются”.)
У хора и “поющей линейки” есть еще одна особенность. Это - формы для целого музыкального конкурса, который, как правило, включает несколько эпизодов. И необходимый конферанс, и возможные сольные номера уже заранее подразумеваются в этой схеме. Что касается “днепропетровского варианта”, то он представляет собой форму, так сказать, самодостаточного музыкального эпизода размером в конкурс. Как ни старались днепропетровцы, им ни разу не удалось уложить его меньше, чем в 7 минут (кроме, разве что,  первого “Хозрасчета”).
Сольные эпизоды впервые в новом КВНе появились у команды НГУ, которая перенесла их из знаменитых капустников Академгородка. В первой же своей игре в 1988 году в конце конкурса моды проход Ларисы Рябоконевой по подиуму по направлению к А.В.Маслякову с песней “Ах верь мне, Саша, верь мне Саш!” (“Вернисаж”) произвел на зрителей просто ошеломляющее впечатление. Тогдашняя КВНовская публика не привыкла к такому однозначному солированию! И не случайно Лариса сразу же стала первой “Мисс КВН”.
Но настоящая эра сольных номеров наступила в КВНе с появлением музыкальных пародий. Яркий, чаще всего костюмированный пародийный образ позволял и даже требовал сосредоточения зрительского внимания на солисте.
Впрочем, в КВНе ничто не может быть затверждено раз и навсегда. С течением времени сольные номера все чаще стали подкрепляться на втором плане танцевальной картинкой, которая, в свою очередь, претерпевала собственное развитие, пока в 1996 году у “Транзита” и “Новых армян” не появились музыкальные эпизоды, оформленные в стиле клипа, то есть с постоянной сменой костюмированных героев и даже декораций, сливающуюся в итоге в насыщенную парадоксальную иллюстрацию песни.
В чистом виде этот прием был использован, скажем, в номере “Новых армян” “Постой, паровоз” с иллюстрацией дорожными знаками. Интересно, что слова в этой песне вообще не были изменены по сравнению с оригиналом. Вся репризная нагрузка была возложена исключительно на парадоксальный видеоряд! (В дальнейшем прием этот был использован десятки раз (!) даже в телеиграх, поскольку с его помощью музыкальный номер можно почти “сконструировать”. Из примеров посвежее - “спортивная песня” Тюмени в 1 2003 года с комментариями “на табло”.) Впрочем, комментировать своими словами под знакомую мелодию известный видеоряд - тоже вариант приема, удачно использованный курской «Примой» в своей первой игре 2006 года.
От этого приема остается всего один шаг до синхробуффонады, то есть оригинальной пантомимы под чужую фонограмму. И те же “Новые армяне” его, разумеется, очень скоро сделали, показав в своей американской игре (1997) “боксерский поединок между Тайсоном и Холифилдом”, положенный на адскую смесь из фрагментов англоязычных шлягеров. Еще раз они использовали этот прием на Летнем Кубке 1998 года, заставив петь популярные песенки политиков СНГ.
Правда, заслугой “Новых армян” можно считать лишь развитие этого достаточно редкого, впрочем, в те времена КВНовского жанра, поскольку к этому времени появились технические условия для достаточно простого и качественного компьютерного монтажа фонограмм. Открытие же, как можно догадаться, состоялось гораздо раньше, когда в полуфинале 1989 года команда УПИ показала свою знаменитую синхробуффонаду  под фонограмму Л.Вайкуле “Еще не вечер”. Слова песни идеально легли на пантомиму, исполняемую алкоголиком, одеколонщиком и токсикоманом.
До наступления эры компьютерного звука синхробуффонада оставалась в КВНе жанром достаточно экзотическим. Достаточно серьезно им увлекалась, пожалуй, еще только команда Тбилиси, показав в 1994 году хор “войск быстрого реагирования” под ускоренную фонограмму “Не плачь, девчонка”, а в 1996-ом - урок английского языка под “Нэй-на-на-ней!”. Зато с конца 90-ых “синхробуфф” не делал разве только ленивый. “Харьковские менты”, воспользовавшись возможностями монтажа в числе первых, сразу же завоевали одного из юрмальских “Кивинов”, проиллюстрировав популярными песнями коллизию “водитель - автоинспектор”. Дальше - больше: стало возможным создавать неожиданные парадоксы попросту перемешивая разные фонограммы, как, скажем, в номере из приветствия сборной ХХI века (2002), где песенка “Бременских музыкантов” дополнялась цитатами из текстов А.В.Маслякова. Впрочем, к этому времени синхробуфф давно перестал быть экзотикой, и чтобы с помощью него зацепить зрителя, нужно было нечто большее, чем простая “подмена понятий”.
Как ни странно, перечисленные постановочные схемы музыкального эпизода, - это все, что было замечено на КВНовской сцене за почти четыре десятка лет. Кто-то, возможно, удивится, что мы не стали здесь говорить о “транзитовских” и “махачкалинских” мюзиклах. Однако, это - уже схема не эпизода, а целого конкурса, который, в свою очередь, состоит из эпизодов, вполне укладывающихся в приведенную классификацию. А драматургические концепции “музыкалки” мы еще будем подробно разбирать в соответствующей главе.
Теперь же пришла пора поговорить о главном - и более сложном - о сценарных подходах к созданию музыкального эпизода.

Строго говоря, называть “музыкальной пародией” какой-то конкретный вид КВНовского музыкального номера - не совсем правомерно. Потому что, как мы уже говорили, в КВНе любой музыкальный номер так или иначе является пародией, так как использует заимствованную музыку. И все же, пародией мы будем называть только номер, в котором заимствуется не только песня, но и образ исполнителя.
Надо сказать, что жанр этот был прекрасно известен уже давно (видимо, со времен МХАТовских капустников, а если копнуть поглубже - то и с шутов, передразнивавших короля). Существовало (и продолжает существовать) даже специальное эстрадное сценическое амплуа пародиста. Другое дело, что в оценке этого жанра похожесть голоса и манеры пародируемого исполнителя является почти абсолютом. На текст никто почти не обращает внимания, и потому на эстраде он почти всегда примитивен. В КВНе это немножко не так, а чаще всего - совсем не так.
И, тем не менее, пародия на образ до 1989 года находилась в КВНе под негласным запретом. Она попросту считалась “низким” жанром. Логика в этом была. Ибо в чем твоя интеллектуальная заслуга, если ты просто внешне похож на известного певца или обладаешь природным талантом пересмешника? Не случайно в 1989 году команда Донецка, впервые построив свой финальный музыкальный конкурс на пародиях, поплатилась за это чемпионским званием!
Но вернемся, все же к тому, что мы договорились не называть “пародией”, хотя все это пародией, безусловно, является. На что? - На тему! Ведь любой шлягер сидит в голове у зрителя не только своей музыкой, не только начальными строчками, но и общей темой, которая как раз в КВНе и подменяется. То есть любая КВНовская песня - это изначально перевертыш!
Чаще всего лирическая тема подменяется какой-то иной: политической, бытовой или биографической. Вот, скажем, о чем пели в 1989 году герои упомянутой уже одесской “Рабыни Изауры”:
Ни к чему печалиться, подруга, -
Не у нас в Бразилии родной
Три марксиста, три веселых друга
Основали свой веселый строй!
А вот как в той же игре Воронеж в есенинском духе воспевал тогдашний жестокий дефицит:
Ты жива еще, Москва-старушка!
Жив и я. Привет тебе! Привет!
Пусть дымится над твоей Царь-пушкой
Сизый дым последних сигарет...
И как бы ни складывалась от года к году тематическая конъюнктура, эта классическая подмена продолжает работать:
Перестал, перестал, перестал я спать с женой
А вчера зубною пастой подавился.
Отчего, отчего, отчего я стал такой? -
Вам бы третью ночь подряд Чубайс приснился!
(“Транзит”, 1997)
Подмена темы может сопровождаться, а иногда и исходить из подмены “лирического героя”. Популярный шлягер “Две звезды”, который в свое время, если помните, пели А.Пугачева и В.Кузьмин, в музыкальном конкурсе команды Санкт-Петербурга (1993) пели Штирлиц и Мюллер:
- В небе берлинском майскою ночью плавно кружит У-2.
- Летчик Покрышкин скорость превысил - надо отнять права!
- Бросьте вы, Мюллер, это он просто духом окреп в борьбе.
- Знаете, Штирлиц, я не играю с членом ВКПб!
 - Две Звезды и орден Ленина...
 Жена в Москве опять беременна...
 - А мне жена - уже не близкая!
 “Уйди, - говорит, - дрянь фашистская!”
Наконец, еще одним подходом к созданию смешной песни может быть абсурдизация ее собственной темы:
Эй, вратарь, готовься к бою,
Или бой, приготовься к вратарю!
Мы бы спели больше втрое,
Но “вратарь” не рифмуется ни с чем!
  Ну и пусть его себе не рифмуется,
  Пусть готовится, тренируется,
  Пусть он бегает в трусах вдоль по улице,
  Непременно - в трусах!
Санкт-Петербург, 1991.
Подобные примеры можно продолжать до бесконечности. Но в этом нет никакой необходимости, поскольку каждый из вас наверняка может вспомнить эпизоды, понравившиеся лично вам, или, в крайнем случае, посмотреть ближайший КВН. И там пародии на тему будут обязательно, потому что именно этот сценарный подход был и остается в КВНе основным.
Что же касается пародии на образ - то это, в общем-то, частный случай, мода, хотя и довольно устойчивая, которая родившись, как мы уже сказали на рубеже 90-х и несколько поднадоев к началу 2000-х, окончательно себя все же не изжила. И причина этого заключается в том, что КВНовская пародия на образ - это нечто иное, чем аналогичный эстрадный жанр. Вместо почти идентичной похожести голоса она требует, как правило, лишь намека на манеру пения и намека на характерный костюм. Но главное - это то, что пародия на образ является в подавляющем большинстве случаев лишь дополнением и украшением пародии на тему.
В мае 1991 года Татьяна Лазарева впервые появилась в составе команды НГУ с такой песней:
Галопирует инфляция, -
Просто жуть.
Будет-будет компенсация -
Так, чуть-чуть...
И хотя все это пелось с легким прибалтийским акцентом, не позволяющим забывать о Лайме Вайкуле, все-таки в первую очередь это был номер на актуальнейшую тему! Осенью того же года, за два месяца до распада СССР новосибирцы показали еще одну подобную пародию - теперь уже на Олега Газманова:
Наш Союз - наш общий дом,
Очень дружно мы живем,
Днем и ночью пограничник
Ходит по цепи кругом...
Но в финале того же сезона показали свою лучшую пародию, которую на наш взгляд до сих пор так никому и не удалось превзойти. Это была пародия на Александра Серова и его песню “Ты меня любишь”. Самое поразительное, что пел ее автор, Александр Фелюрин, абсолютно непохожий на Серова, пел совершенно непохожим на него голосом, и даже не потрудился сменить на некое подобие концертного костюма джинсы и свитер. И все это не помешало, потому что объектом пародии был не сам образ артиста, а то как он пел хорошие, но излишне сложные для эстрады стихи Риммы Казаковой или  популярные англоязычные песни с великолепным бессмысленным пафосом.
Дом обезлюдел, и я молюсь неистово,
Знаю, что любишь ты меня, неказистого.
Чай пью тревожно, медленно чебуреки ем,
А душу гложет Моцарта чудный “Реквием”.
Ты меня любишь, я тебя тоже люблю.
Ого. Пусть нескладно, зато по смыслу.
Я - страшно умный, есть во мне божья искра.
“О” - это буква, ноль - это цифра.
Выйду на поле в мятых трусах коричневых,
Знаю в футболе пару финтов гарринчевых,
На деревяшке выжгу тебя паяльников,
Скину рубашку, спрячусь под пододеяльником.
Ты меня хочешь,
Стало быть, перехочешь,
О-о! Так случилось -
Все меня хочут.
Бродишь не глядя ты по аллее буковой,
Спрячусь в засаде, с ловкостью Чингачкуковой.
Выскочу голый - “Здравствуй, моя отрада!”
Ого. Очень больно. Больше не надо.

I love you, baby.
I just believe in what you say.
Yes. It is table. And it was table yesterday.
I love you, baby. Baby, you love my “имидж”.
O-o. I am crazy. I can speak English.
O-o. I am crazy. I can speak English.

Тексты новосибирцев были настолько блестящими, что они принципиально отказывались от дополнительных постановочных украшений. И лишь новая новосибирская команда, начавшая играть уже 1997 году стала, как правило, к ним прибегать, поскольку так уже было принято. Как правило - но не всегда. Их пародия на Стинга в первой же игре доказала, что в музыкальном номере по-прежнему и “один в поле воин”!
Заметим в заключение этой главы, что с некоторых пор в КВНе стало как-то принято хорошо петь. Свою роль в этом определенно сыграли Музыкальные Фестивали, которые проводятся ежегодно уже с 1995 года, причем с 1996 - в знаменитом юрмальском концертном зале “Дзинтари”. Некоторые утверждают, что за один КВНовский гала-концерт можно услышать не меньше хороших голосов, чем за весь конкурс “Новая волна”, который, похоже, плотно “сел на хвост” КВНу. Но здесь нам как раз хотелось бы сказать, что в КВНе хороший голос - это всего лишь приятное добавление к хорошему номеру. Даже в Юрмале добродушная публика вам, конечно, похлопает, но жюри вы на это не купите!